Шарлиз Терон рассказала о съёмках «Безумного Макса: Дорога ярости» спустя десять лет

Шарлиз Терон заглянула в Музей Академии на специальный показ «Безумного Макса: Дорога ярости» — фильма 2015 года, где она сыграла воительницу Императрицу Фуриосу, возглавившую побег женщин-заключённых от тиранического правителя вместе с Максом Рокатански (Том Харди). Несмотря на непростые отношения с Томом Харди на площадке, картина стала хитом с десятью номинациями на «Оскар» и шестью победами.

Как Шарлиз Терон училась играть Фуриосу

Актриса призналась, что изначально с трудом находила подход к персонажу: «У меня аллергия на хороших людей, которые поступают правильно по правильным причинам. А раз Фуриоса в фильме спасает женщин, я не понимала, как это играть». Разобраться, что мотивирует героиню, актриса смогла, уже находясь на съёмках в Намибии, когда поняла, что Фуриоса на самом деле мстит тирану Бессмертному Джо, а освобождение его жён — это лучший способ ему навредить. Шарлиз вспомнила, что режиссёра Джорджа Миллера поначалу беспокоило, не получается ли фильм слишком холодным, и в итоге в историю добавили несколько человечных моментов.

«Безумный Макс: Дорога ярости». Трейлер

Воспоминания со съемок в Намибии

Когда начались шесть месяцев работы в Намибии, её старшей дочери было всего шесть недель, и найти няню Шарлиз не успела. «Все девушки в этом фильме, а ещё Николас Холт, фактически растили её вместе со мной все эти месяцы. Она была с нами в машине, между дублями я её кормила, а девочки держали на руках, и потом она либо засыпала, либо срыгивала на Ника. Она научилась ходить на этом фильме — вот почему у меня с ним такая глубокая личная связь», — рассказала актриса.

Фуриоса как культурный феномен

Терон отметила, насколько культовой стала героиня за прошедшее десятилетие: люди показывают ей татуировки с Фуриосой, и несколько раз она даже встречала детей, названных в честь персонажа. «Видеть малыша в коляске, которого назвали Фуриосой, — это что-то невероятное, но, думаю, дело не во мне: это сила искусства, сила рассказанной истории».

Шарлиз Терон отдала почтение режиссёру: «Снимаю шляпу перед Джорджем Миллером. Эта история шла из глубины его души и значила для него всё, он отдал фильму себя без остатка. Такие картины навсегда ассоциируются со своим режиссёром, и для актёра оказаться частью подобного опыта — редкая удача, за которую я благодарна». Шарлиз призналась, что сам фильм она не пересматривала около тринадцати лет, и увидела его снова только в тот вечер.