Гейл Рэнкин рассказала о самой странной сцене «Дома Дракона» и тайнах Элис Риверс

Осторожно, спойлеры: материал раскрывает сюжет 7 серии 3 сезона «Дома Дракона».

В седьмом эпизоде третьего сезона «Дома Дракона» Алисента Хайтауэр (Оливия Кук) прибывает в Харренхолл с заданием от Рейениры (Эмма Д'Арси). Ей нужно сблизиться с сыном Эймондом (Юэн Митчелл), чтобы люди Рейениры смогли его убить. Материнская нежность в сцене быстро оборачивается тревожным поворотом, но затем выясняется, что зритель видел галлюцинацию Эймонда: на деле он застаёт свою любовницу, ведьму Элис Риверс (Гейл Рэнкин), в облике его матери. Это часть плана Элис по созданию новой династии Таргариенов с помощью спрятанных драконьих яиц.

«Это было очень интимно и очень странно, но очень профессионально. Мы старались шутить, чтобы разрядить обстановку, потому что подобные сцены сложные и очень технически выверенные», — рассказывает Гейл Рэнкин о съёмках сцены

Что происходит дальше в эпизоде

Настоящая Алисента и правда приезжает в Харренхолл, а Элис безуспешно пытается предупредить Эймонда, что мать не собирается ему помогать. Перед этим героям предстоит пережить напряженный семейный ужин. Уже к финалу серии выясняется, что Элис была права: Алисента отравляет Эймонда и сбегает под покровом ночи, оставляя принца ползти обратно к раздражённой возлюбленной за помощью. В то же время, пока никто в Харренхолле или Королевской Гавани об этом не знает, брат Эймонда Эйгон (Том Глинн-Карни) воссоединяется со своим драконом Санфайром, а вот дракон самого Эймонда, Вхагар, по-прежнему пропавший без вести.

«Дом Дракона». Трейлер

Что Гейл Рэнкин рассказала о своей героине

Актриса уверена, что чувства Элис к Эймонду искренни, несмотря на всё, что происходит вокруг: «Если не считать войну, замок и то, что она ведьма, думаю, это по-настоящему». По мнению Рэнкин, ее привлекает бескомпромиссность Эймонда и то, что его, как ей кажется, во многом неправильно понимают. В отличие от Деймона, который «никогда по-настоящему не расслаблялся» рядом с Элис и в итоге разбил ей сердце, Эймонда провидица Элис инстинктивно чувствует иначе, поэтому именно ему, а не Деймону, она показала спрятанные драконьи яйца.

О возрасте своей героини Рэнкин говорит уклончиво, но конкретно: «Думаю, ей около 400 лет, плюс-минус. Я ей верю». Столь же честно актриса признаётся, что не знает, где сейчас находится дракон Вхагар. По словам Рэнкин, привязанность Элис к Эймонду отчасти держится на том, что сейчас, оставшись без дракона, он реально в ней нуждается, хотя сама она, обладая запасом драконьих яиц, могла бы обойтись и без него. На вопрос, доживёт ли 400-летняя героиня до конца сезона, Рэнкин отвечает с осторожным оптимизмом: немедленная гибель Элис не кажется ей вероятной, хотя эмоциональные потрясения впереди вполне возможны.