Сюжет
На экране появляется одинокий исполнитель — он касается клавиш и превращает ноты Баха в живую волну звука. Вокруг него не металл и стекло, а каменная ткань, которая дышит временем. Трещины в стенах расползаются, растягиваются и сокращаются, как вдох и выдох огромного здания. Где-то они открываются крупными щелями, где свет просачивается между остылыми камнями, затем снова сжимаются, возвращая полупрозрачные рельефы. Между тем пробегающие между стенами окна обтянуты проволокой и ловят в себе тени и слабый блеск, будто уши, вслушивающиеся в каждую ноту. Между массивами стен и дверей словно колеблется завеса: створки смещаются под напором мелодии, открываются с глухим стуком и тут же закрываются, подчиняясь ритму. Часто дверные проёмы становятся сценой для дыхания пространства; стены, сетчатые и суровые, поют вместе с исполнителем. Звук заполняет помещение, охватывает каждый уголок, и кажется, что музыка и архитектура говорят на одном языке, спорят и соглашаются в каждом обороте пальцев.