Действие перенесено в жизнь Мартина, подростка, которому приходится переехать к своему дяде в другой город. По дороге он совершает жестокий поступок — в поезде нападает на незащищённую девушку, чтобы развлечься и добыть её кровь. На новом месте дядя тут же устанавливает строгие правила: в их городе нельзя никого лишать жизни и нельзя общаться с внучкой. По всему дому развешан чеснок, как и расставленные по углам распятия, однако эти приметы не отпугивают Мартина. Дядя убеждён, что племянник — носферату, носитель древнего семейного проклятья, тогда как внучка считает, что у парня может быть лишь незначительная нервная расстановка. Фильм погружает зрителя в атмосферу тревоги и напряжённости, где границы между реальностью и мистикой стираются под тяжестью семейных секретов. Со временем на экране возникают вопросы о том, что действительно скрывается за молчанием и запретами, и как близкие могут справиться с темной стороной человека, которую невозможно полностью контролировать.
Начальные сцены в купе снимали в стоявшем на запасных путях поезде. Для придания составу иллюзии движения техническому персоналу велели через равные промежутки времени проносить за окнами фонари. По словам Джорджа А. Ромеро, иногда людям забывали сообщить, что сцена снята, и они так и продолжали ходить мимо окон с фонарями.
Сцены Мартина на параде в первоначальном варианте сценария не было.
Сцены в Брэддоке, штат Пенсильвания, снимали на натуре — в пригороде Питтсбурга. В качестве актёров массовки в них сыграли многие местные жители, включая полицейских.
Том Савини исполнил все трюки самостоятельно и грим себе накладывал всегда сам.
Во время чёрно-белых флэшбеков священник действительно читает на латыни заклинания изгнания злых духов.