Новая глава приключений Шерлока Холмса и доктора Ватсона уносит знаменитых сыщиков далеко за пределы Лондона и через континентальную Европу. Причиной такого дальнего путешествия становятся серьёзные проблемы со здоровьем Холмса: пагубная зависимость от наркотиков дошла до опасной отметки и превратила его в одержимого преследователя. Единственный шанс вернуть его к трезвому разуму — помощь легендарного австрийского врача Зигму́нда Фрейда, чьё имя ассоциируется с глубиной психологии. Но упрямый сыщик не желает даже слушать о лечении. Доктор Ватсон идёт на хитрость, заманивая друга в Вену, чтобы предъявить ему другие доказательства и перспективы. По их следу уже идёт коварный профессор Мориарти, чьи интриги запутывают дорожку героев и ставят их дружбу под угрозу. Перед ними открывается череда опасных испытаний — как в чужих странах, так и в собственных душах Холмса — и только совместными усилиями они смогут распутать сеть загадок и найти выход из кризисной ситуации.
В литературном первоисточнике говорится о том, что у Зигмунда Фрейда (1856-1939) была дочь, как это и было в реальности, но в фильме он показан отцом сына, т.к. Анна Фрейд (1895-1982) угрожала авторам фильма судебным иском, если о ней зайдёт речь в фильме. Со смертью отца она лишилась права слова относительно того, как его показывать на экране.
В названии фильма имеется отсылка к лекарственному средству, которым злоупотреблял Шерлок Холмс. Он колет себе средство, на 7% состоявшее из кокаина и на 93% — из физиологического раствора поваренной соли.
Зигмунд Фрейд превозносил использование кокаина и колол себе наркотик по многу раз за день. Руководствуясь самыми лучшими побуждениями и намерениями, он даже приохотил к кокаину своего лучшего друга Эрнста фон Флейшль-Марксова, талантливого физиолога, пристрастившегося к морфию из-за тяжёлой травмы. Фрейд полагал, что именно кокаин поможет его другу избавиться от привязанности к морфию (в ту эпоху это заблуждение было очень широко распространено), но кокаин тому ничем не помог, зато пристрастие к нему достаточно быстро само превратилось в проблему, что вполне могло послужить причиной раннего ухода Флейшль-Марксова.