Группа обезьян, обладающих генетическими усовершенствованиями, сталкивается с новым испытанием: им предстоит вступить в смертельную схватку с человеческой армией, возглавляемой безжалостным полковником. После немыслимых потерь среди своих воинов лидер обезьян, Цезарь, вынужден обратиться внутрь себя — он борется с темными импульсами и ищет путь к возмездию за свой народ. Но его решение может стать точкой перелома не только для него самого, но и для всех, кто живёт на планете. Обезьяны должны доказать, что их сопротивление стоит усилий и жертв, в то время как люди упорно держатся за власть. По мере нарастания войны задача усложняется: каждый шаг приближает финальную схватку между Цезарем и полковником, битву, исход которой определит, кому суждено править Землёй — человеку или приматам. Кадры наполнены драматическим напряжением, предательством и неожиданными альянсами среди выживших, а каждый момент подчеркивает хрупкость баланса между властью и свободой.
По словам режиссёра Мэтта Ривза, группу людей-бунтарей называют «Альфа и омега». Это отсылка к кобальтовой бомбе, которой люди-мутанты поклонялись в фильме Теда Поста « Под планетой обезьян » (1970). Даже символ на их шлемах и флаге является копией символа на бомбе, взрывом которой завершается второй фильм франшизы.
В отличие от своих коллег Энди Серкиса и Терри Нотари, 55-летняя канадская актриса Карин Коновал до участия в франшизе никогда не выполняла каскадёрские функции на съёмках, и для подготовки к роли орангутана Мориса она проводила много времени с приматами в зоопарке, а также обучалась их движениям и повадкам, надевая при этом тяжёлые грузы на каждую руку, чтобы достовернее выглядеть на экране.
Юных обезьян в соответствующих сценах играли дети авторов фильма. Терри Нотари специально обучил своих детей передвигаться, как это делают обезьяны, на четырёх конечностях.
Процесс постпроизводства занял свыше года, т.к. авторы фильма старались сделать обезьян – а в особенности выражения их лиц – как можно более реалистичными.
Практически во всех сценах с лошадьми использовались настоящие лошади и каскадёры, и лишь одна сцена с Цезарем на лошади была продуктом компьютерных технологий.