Режиссёр, чья карьера идёт на спад, приходит к руководителю студии с идеей, которую сам считает блестящей и смелой. Он убеждён: именно сейчас можно рискнуть и снять фильм, который будет полностью без звука. По его мнению, такой неожиданный шаг способен не только удивить публику, но и вернуть интерес инвесторов и вернуть студии её былую уверенность перед лицом надвигающейся угрозы поглощения. Предложение звучит как вызов привычному интерьеру кинопроизводства: история рассказывается не словом, а движением камеры, мимикой актёров и музыкой, которая звучит в тишине между кадрами. Он уверен, что именно тишина может стать мощным художественным инструментом, заставляющим зрителей вслушиваться в каждую деталь, в каждую паузу и каждый жест, превращающим обычный сюжет в особое переживание. Уверенность в грандиозности замысла крепнет, ведь перемена формата кажется спасением от предстоящего кризиса и от нависшей над студией угрозы продаж. Но чем дольше обсуждают идею, тем очевиднее становится сложность её реализации: в игре появляются политические ставки, сомнения и страх перед провалом. И перед режиссёром встаёт главный вопрос: сможет ли чистая тишина действительно изменить ход судьбы студии, или же она обернётся пустотой и потерей контроля над будущим проекта и компании.
В фильме произнесено одно лишь слово: «No!» знаменитым мимом Марселем Марсо.
Изначально «Немое кино» предполагалось сделать совершенно беззвучным, но студия этого не допустила, и Брукс был вынужден использовать закадровую музыку.
Лента попала в Книгу рекордов Гиннесса как звуковой фильм с наименьшим числом реплик.