В общине меннонитов женщины сталкиваются с серией ночных нападений, которые приводят к тяжёлым изнасилованиям и оставляют их в состоянии тревоги. Из-за отсутствия достоверных доказательств пострадавшие часто оказываются без поддержки: случаи объясняют как нападение демонов или как плод чьей‑то фантазии, что ещё больше подрывает доверие и усиливает изоляцию. Пока мужчины заняты делами и отсутствуют дома, женщины собираются вместе, чтобы обсудить произошедшее и определить общий план действий. Они размышляют о том, как защитить себя и свою общину — стоит ли привлекать внешнюю помощь, опираться на старые обычаи или искать новые способы противостоять насилию, и как сохранить достоинство сообщества под давлением слухов и осуждений. В такие моменты рождается чувство солидарности и решимости: женщины поддерживают друг друга, откровенно говорят о травме и ищут пути изменить ситуацию, чтобы выбраться на путь к будущему без страха и насилия.
Экранизация одноимённого романа 2018 года Мириам Тейвз, в котором рассказывалась реально произошедшая история сообщества меннонитов в Боливии. Между 2005 и 2009 годами девять мужчин насиловали меннониток, находившихся в бессознательном состоянии (подозревают, что их накачивали наркотиками), в возрасте от 3 до 60 лет. Когда же жертвы приходили в себя, все в синяках и в крови, мужчины отмахивались от их жалоб, списывая всё на безудержные женские фантазии или же на божественную кару даже в тех случаях, когда это приводило к беременности.
Во многих общинах меннонитов правила не так строги, как в той, что показана в фильме, а община, которая показана в фильме (она располагается в Боливии), является ультраконсервативной. В отличие от некоторых других общин тут запрещено электричество, телефоны и автомобили. Как это и показано в фильме, женщинам в этой общине запрещено учиться читать.
До самого конца съёмок занятых в фильме актёрам категорически отсоветовали краситься и стричь бороды.
Клэр Фой попросили наклеить себе бутафорские брови, т.к. её собственные (причём она их никогда не прореживает) посчитали чересчур современными.