Перевод оригинального названия — «Нашивки».
По словам режиссёра и продюсера Айвена Райтмана, на том, чтобы Харольда Рэмиса (1944-2014) взяли на роль его друга, настоял Билл Мюррей. Руководствовался он при этом двумя причинами. Во-первых, Мюррей и Рэмис действительно дружили. Во-вторых, Мюррею это было нужно, чтобы Рэмис помог ему изменить реплики и вообще импровизировать в кадре.
Актёры практически непрерывно импровизируют в сцене, где рассказывают о себе, включая реплики Билла Мюррея о Ли Харви и корове, а также обращение к сержанту Халке.
По словам Айвена Райтмана, перед съёмками сцены стрижки он не сообщил актёрам, что стричь их будут армейские парикмахеры. Он снял сцену так, как это было прописано в сценарии, чтобы запечатлеть искренние реакции актёров. После съёмок этой сцены Джон Кэнди впал в депрессию. Билл Мюррей и Харольд Рэмис были уже более известны публике, чем остальные актёры, поэтому им было разрешено оставить немного волос, а не сбривать всё наголо.
По сценарию практически все военнослужащие – недалёкие солдафоны, но, невзирая на это, представители армии США очень помогли в работе над фильмом – к вящему удивлению Айвена Райтмана.
Курс молодого бойца в фильме проходит на территории вымышленного форта Арнольд. В 18 веке действительно существовал форт, названный так в честь генерала Бенедикта Арнольда (1741-1801). Когда генерал был уличён как предатель, форт Арнольд переименовали в Уэст-Пойнт.
Билл Мюррей и Шон Янг на съёмках не ладили. Ей очень не нравилось его пристрастие к импровизации, а он поклялся больше никогда с ней вместе не играть.
Была снята сцена продолжительностью 9 минут, в которой персонажи Билла Мюррея и Харольда Рэмиса принимают ЛСД и случайно оказываются в джунглях Колумбии в самом центре схватки с повстанцами. На студии решили, что это лучшая сцена фильма, но Айвен Райтман её вырезал, заявив, что она контрастирует с общей атмосферой фильма.
Услышав о смерти Джона Леннона (1940-1980), актёрский состав фильма ушёл в двухнедельный запой. Джон Ларрокетт впоследствии признался, что был пьян, играя сцену, в которой ругает военнослужащих после драки в грязи. Когда съёмки продолжились в Лос-Анджелесе, Билл Мюррей и Уоррен Оутс однажды напились у могилы Стразера Мартина (1919-1980).
В одном из дублей сцены, где его герой выбегает через дверь, Джон Ларрокетт сломал нос. До конца съёмок актёр играл сильно загримированным. В фильм вошёл первый дубль этой сцены.
Сцену драки в грязи придумал на месте Айвен Райтман. Джон Кэнди поначалу отказывался в ней играть, но Райтман его уговорил.
Режиссёр Айвен Райтман испытывал некоторую неловкость при съёмках третьей части фильма, но понимал, что в фильме про армию должна быть показана война, и придумал конфликт с Чехословакией, где в своё время родился.
Осторожно, спойлер!
Открыть